Как Ринкевичс разруливал вопрос о поддержке Трампа и пойдет ли Лембергс на выборы
На вопросы о том, что скрепляет коалицию, о вмешательстве президента в вопрос о поддержке выдвижения Трампа на Нобелевскую премию мира и возможности дестабилизации правительства из-за разногласий между «Прогрессивными» и СЗК по лесной политике журналистке Агнесе Маркевиче ответил самый опытный политик СЗК, Аугустс Бригманис. — Я думаю так: если у кого-то в данный момент есть здравый смысл и он искренне заботится о стране, он постарается спокойно продолжать работу правительства в нынешнем составе до октября. Будем реалистами: каждый шаг, который потребует, например, политической ответственности отраслевого министра, ну, например, его отставки, по моему мнению, автоматически приведет к падению правительства. Автоматически. Но это не исключает возможности работы технического правительства с тремя министрами. Или четырьмя. Или пятью. Это означает очень непродуктивную работу. Поэтому вряд ли кто-то в правительстве сейчас действительно готов пойти на такой шаг. Если это так, мы дойдем до такого сценария, но если нет, то эта зубная боль продолжится, которую будут терпеть, и сохранит в памяти на осень мысль о том, стоит ли быть в следующем правительстве с такими людьми, с такой фракцией. — Да, или против главы парламентской комиссии по народному хозяйству Каспарса Бришкенса, чьи действия абсолютно неприемлемы. Мы поняли, что там, где Бришкенс — там проблемы. Но если вы спросите меня сегодня, к чему все это ведет, я бы хотел верить, что они потрясут кулаками в адрес друг друга, но до драки дело вряд ли дойдет. — Нет, ну, ясно ведь, что в предвыборный год административный ресурс все-таки более-менее важен. Конечно, только в рамках закона. Совсем другое дело, если это министр со своим собственным статусом, который, скорее всего, будет баллотироваться в каждом избирательном округе от этих политических сил и который сможет выйти из этой борьбы с каким-то позитивным имиджем. Или нынешним министрам вместо этого было бы выгодно выступать в роли ложно оскорбленных жертв? Это хороший вопрос. Политика — весьма странная штука.
Но, как мне кажется, «Прогрессивным» во всей этой истории придается слишком большое значение. Только что в Сейме состоялось голосование о задаче главе правительства (с особым акцентом на мужской род) отстаивать право латвийских фермеров на справедливые средние европейские выплаты в рамках многолетнего бюджета ЕС на 2028–2034 годы, и — кто проголосовал против? Эдмундс Цепуритис из «Прогрессивных» — председатель комитета по европейским делам! Ни Андрис Шуваев, ни Лейла Расима, ни Яна Симановска это не поддержали, потому что воздержание равносильно нежеланию поддержать. Так что, с одной стороны, как будто борются за регионы Латвии и Латгалии, где эти европейские выплаты особенно ощутимы, а не понимают такую элементарную вещь, что дана задача поддержать фермеров. Это лишь показывает, что «Прогрессивные» этим вопросом просто не интересуются и это не входит в сферу их деятельности; их больше интересуют различные псевдовопросы. — Что ж, ставя вопрос таким образом, я совершенно точно не намечал себе целью иронизировать над нынешней главой правительства и представляемой ею политической силой. Ни в коем случае. Моя цель заключалась в том, чтобы еще раз подчеркнуть, что люди у власти – временны, но вечен, я надеюсь, Сейм и правительство в том или ином составе, вечна земля Латвии и те, кто ее возделывают.
— Ну, посмотрим. Возможны разные механизмы и сценарии. Мы сами над этим особо не думали, потому что лично я считаю это маловероятным сценарием. Но если мы пойдем на это, то последствия можем предвидеть – это будет вопрос техники, говоря простым языком: убирать министров одного за другим или свергнуть все. Но это не наша цель. Абсолютно не наша цель. Если бы это была наша цель, мы могли бы сделать это в любой момент. — Ох! Придется снова процитировать латышскую классику. Есть такой фильм, в котором обещали: «Котик, да ни в жизнь!» Такие «да ни в жизнь» мы слышали, даже не знаю сколько раз, мне эти «никогда» уже немного наскучили. — Ну, я бы разделил этот вопрос на части, не вдаваясь в детали, потому что я присутствовал на всех этих переговорах. Во-первых, я думаю, что президент, как главный игрок, эту ситуацию, эту игру «вытащил». Тот факт, что был подготовлен и принят такой относительно хороший – приемлемый и всеобъемлющий – документ, безусловно, является его заслугой. Его личной заслугой и его личным участием во всем этом деле. Я считаю, что без него ничего подобного бы не произошло. Пусть простят меня все специалисты МИД, министр иностранных дел, но я так считаю. Тот факт, что президент вмешался и, на мой взгляд, очень профессионально поднял все эти вопросы, является ответом на ваш вопрос – что это значит? Если бы все было сделано, как положено, такого разговора с президентом вообще бы не было. И тут я бы поставил многоточие. Это тот редкий случай, когда я не хотел бы комментировать ситуацию более подробно, потому что внешняя политика – действительно очень деликатный вопрос. Это будут читать не только жители Латвии, поэтому на этом я хотел бы остановиться.
— Нет, все возможно, потому что латвийский избиратель любит театр, любит драму и наблюдает за тем, что произойдет — падет оно или нет, «будет или не будет». В итоге ничего из этого не выходит, а возня большая. Я думаю, эти акценты во время предвыборной кампании следует сместить, по крайней мере, мы должны попытаться говорить о том, с чем мы пойдем к избирателям, почему это правительство сравнительно непопулярно. — Поскольку сейчас активно продвигаются прогрессивные идеи, идет возня с Трампом, но нет конкретных решений, которые более или менее затрагивают каждого человека в общественном пространстве. Поэтому я пытаюсь облегчить бремя в вопросе о тех вещах, на который люди реагируют: «Да прекратите уже эту болтовню!» Мне уже кажется, что Шлесерс, возясь с такими вопросами, тоже особых преимуществ не добьется. — Ну, корабль остается кораблем, и у корабля имеется капитан. — Вот в чем вопрос: есть ли что-то получше, есть ли лучшее предложение, которое бы понравилось общественности? — Нет, ну, что бы произошло, если бы это правительство, например, пало? Каковы были бы альтернативы? Идти вместе со Шлесерсом? Они не хотели идти со Шлесерсом, и не пошли бы. — Мешает то, что ни ОС, ни НО не хотели еще одного премьер-министра от «Единства». А «Единство» в новом правительстве без своего премьер-министра… зачем им это? Все очень просто. Сейчас все начинают нервничать и гадать, какими будут эти новые коалиции после выборов. Думаю, «Прогрессивные» делают все возможное, чтобы не попасть в новую коалицию, а про Шлесерса сам за себя говорит пример Риги – они не хотят его брать. — В тот момент это не было каким-то расчетом, потому что Хелманис был сильным лидером самоуправления с сильной поддержкой в своем крае и в то время находился в больнице, поэтому я считал, что нужно чисто по-человечески проявить уважение. — Да, это возможно. И у Барташевича, и у Хелманиса есть свои избиратели, и, временно снятые с гонки, они не сильно потеряют на выборах в Сейм. — С господином Лембергсом мы время от времени общаемся. Честно говоря, лично мы не виделись очень давно, но обмениваемся мнениями по телефону. Его представитель [от региональной партии «Для Латвии и Вентспилса»] Гунтис Блумбергс приходит на заседания правления, он был там сегодня. Мы обмениваемся мыслями о политических процессах, происходящих в стране. Лембергс дистанцируется от всего происходящего, потому что у него есть свои дела. Он высказывает свои мысли, но мы не обсуждали вопросы участия в выборах или выдвижения на пост премьер-министра, потому что у него просто свои заботы.
