Перевод заключенных из Швеции в Эстонию
Эстония и Швеция еще не ратифицировали договор об аренде Тартуской тюрьмы, но эстонская сторона уже ждет шведских заключенных. Прибытие первых шведских заключенных запланировано на второе полугодие 2026-го. Эстонец Лассе Лиикане более 35 лет проработал в тюремной системе — первые 14 лет в Эстонии, а затем в тюремной службе Финляндии в Хельсинкской тюрьме. У него есть собственное мнение по поводу трудностей, с которыми предстоит столкнуться охранникам Тартуской тюрьмы. «Хотят ли иностранные заключенные приезжать в Эстонию отбывать наказание? Нет, не хотят. Этого не хотят даже эстонцы, сидящие в тюрьмах за границей», — утверждает он.
Ранее в финских СМИ обсуждалась теоретическая возможность отправки заключенных в Эстонию для отбывания наказания. Об этом узнали местные заключенные и заявили, что это должно рассматриваться как дополнительное наказание. По их мнению, из Финляндии в Эстонию надо отправлять только иностранцев, содержащихся в финских тюрьмах. «За два десятилетия я конвоировал из Хельсинкской тюрьмы в эстонские тюрьмы несколько сотен заключенных из Эстонии, в отношении которых вступило в силу решение о выдворении. Большинство из них хотели отбыть наказание до конца в финской тюрьме и обжаловали решение о выдворении. Ведь совсем неплохо тихонько валяться в финской тюрьме, смотреть телевизор ночи напролет, играть в Playstation, заниматься спортом и работать, если есть желание. В эстонских тюрьмах это невозможно», — подчеркнул Лиикане. Уже известно, что прибывающим из Швеции будут предлагаться никотиновые пластыри и телевизор за счет эстонского государства. Местные заключенные должны сами покупать телевизоры за свой счет, а никотин им запрещен. Также можно предположить, что у заключенных из Швеции будут специфические требования: специальное питание, пятничные молитвы, рамадан. Таким образом, в эстонской тюремной системе возникнут две системы: одни условия для местных заключенных и другие, более благоприятные, для иностранных.
Кроме того, по его словам, стоит отдавать себе отчет в том, какой именно контингент попадет в Эстонию из Швеции. По его мнению, шведов со шведским паспортом в Тарту попадет немного. Количество иностранцев в тюрьмах Скандинавии постоянно продолжает расти, особенно после миграционного кризиса 2015 года. Например, через следственный изолятор в финском Вантаа за год прошли заключенные более 60 разных национальностей. А среди всех скандинавских стран именно в шведских тюрьмах доля иностранцев самая большая. Более того, даже если у заключенных есть шведские паспорта, многие из них не являются этническими шведами. Наиболее многочисленные группы — с Аравийского полуострова, Ближнего Востока, Африки и Балканских стран. Большинство иностранных заключенных — мусульмане. Вероятно, в основном это будут молодые мужчины в возрасте от 20 до 35 лет. «В тот день, когда в Тартуской тюрьме встретятся заключенные, присланные из Швеции, и только что прошедшие обучение опытные охранники Тартуской тюрьмы, столкнутся два очень разных мира. Большой проблемой будет не языковой барьер, а разные ожидания от того, что собой представляет тюремное заключение», — предупреждает Лиикане.
Он напоминает, что персонал эстонских тюрем не имеет опыта работы с иностранными заключенными. Кроме того, если новых надзирателей начнут набирать только весной этого года, а затем обучать, а первые иностранные заключенные прибудут во второй половине года, то подготовка надзирателей будет недостаточной. «Несомненно, следует ожидать оскорблений, особенно в адрес женщин-надзирателей, которые должны будут обладать исключительно высокой стрессоустойчивостью. Также следует учитывать, что прибывающие заключенные общаются настолько громко для нашего культурного пространства, что эстонцы могут принять это за агрессию», — говорит он. Все, что происходит в стенах тюрьмы, вряд ли создаст риски для внешнего мира. Однако никто не может запретить родственникам приехать в Тарту на встречу с заключенным. «Если посетитель приедет, но по какой-то причине его не пускают в тюрьму, он останется болтаться в Тарту и может стать риском безопасности. Будем надеяться, что мы не увидим на парковке Тартуской тюрьмы палаточный лагерь родственников, с которым придется разбираться полиции», — подчеркивает Лиикане.
